?

Log in

No account? Create an account
RUSSIAN DOCTOR IN TROPICS / РУССКИЙ ДОКТОР В ТРОПИКАХ
"РОМЕО И ДЖУЛЬЕТТА" В МАРИИНСКОМ — ШЕКСПИР БЕЗ СЛОВ 
30-май-2016 10:34 pm
В прошлый четверг махнул в Питер на балет. Несмотря на высокие цены, столь статусный спектакль гарантировал аншлаг, так что места разлетелись как горячие пирожки. Перед входом в театр я приметил спрашивающего лишний билетик вице-президента крупнейшей страховой компании МетЛайф, являющейся официальном спонсором Большого, так что немало порадовался своей предусмотрительности: билет я приобрел на сайте Мариинки за месяц вперед. В зрительном зале ощущалось то приятное возбуждение, что настраивает на правильный лад: оно подобно желудочному соку, подготовляющему организм к приему пищи. Как водится в Мариинке, среди зрителей было немало иностранцев — всюду слышалась французская, немецкая и итальянская речь. За несколько минут до начала появился Роман Абрамович в компании известного театрала Александра Будберга. Роман Аркадьевич на людях ведет себя довольно скромно, придерживаясь, как говорят англичане, low profile, что ему в большой плюс. Именно Будберг привел Абрамовича в качестве спонсора в Большой и еще недавно их можно было видеть на всех значимых постановках главной московской сцены, а теперь оба переключились на Мариинку. В первом ряду бенуара сидел менее знакомый россиянам персонаж, но не менее примечательный в плане светского театроведения — британский мультимиллионер ливанского происхождения, большой знаток и любитель русской культуры, балета в частности. Словом, попал я не иначе как в императорский театр :).


Диана Вишнёва (Джульетта) и Артем Овчаренко (Ромео). Фото © Николай Круссер

«Ромео и Джульетта» в постановке Леонида Лавровского — всегда праздник для залетного московского балетомана. Этот балет давно стал легендой мирового театра. На первых зарубежных гастролях Большого (Лондон) в 1956 году он получил грандиозный прием у публики и вызвал к жизни другие хореографические интерпретации шекспировской трагедии — Джона Крэнко и Кеннета МакМиллана, находившихся под очевидным влиянием спектакля Лавровского. Можно сказать, что именно этот спектакль с Галиной Улановой в партии Джульетты прославил Большой театр. Вот что писали тогда в «Таймс»: «Может ли балет передать поэзию трагедии "Ромео и Джульетта" без слов Шекспира? Да, может. Спектакль Большого театра, показавшего целиком всю трагедию в трех актах и тридцати сценах, представляет собой точный перевод каждого слова Шекспира на язык подлинной поэзии». Действительно, версия Лавровского — скорее драмбалет, в ней царит пантомима. Теперь в Большом мы довольствуемся лишь версией Григоровича — более танцевальной, но не особо нарративной, лишенной шекспировской эстетики, а некоторые критики называют её даже «кастрированной». Не могу сказать, что с ними всецело согласен, но эти две версии действительно совершенно не похожи стилистически.

Посему я сильно волновался за нашего Артема Овчаренко, которого на роль Ромео пригласила Диана Вишнёва. Несмотря на то, что его Ромео — один из лучших в Большом театре (с Ниной Капцовой), трехактный балет Лавровского танцевать Артему еще не доводилось. Времени на репетиции было отпущено критично мало, всего 9 дней. К счастью с Артемом репетировал Виктор Баранов, активно помогала и педагог Дианы, Людмила Ковалева. Судя по всему, приглашенного артиста в труппе Мариинки приняли тепло. С Юрием Смекаловым (Тибальдом) они сдружились еще во время работы над ролью Замарашки в «Мойдодыре», с остальными сработались уже на месте. В итоге Артем не только отработал всё по своей партии, типа работы с непослушной накидкой или боя на шпагах (который смотрелся так натурально, что зал выдохнул только после развязки), — весь спектакль он взаимодействовал со всеми персонажами, даже третьестепенными, будто уже много лет танцует этот спектакль с труппой Мариинки.


Александр Сергеев (Меркуцио), Артем Овчаренко (Ромео), Юрий Смекалов (Тибальд). Фото © Наташа Разина/Мариинский театр


Артем Овчаренко (Ромео), Юрий Смекалов (Тибальд). Фото © Наташа Разина/Мариинский театр

Но главной интригой, конечно же, было сценическое взаимодействие Ромео с Джульеттой. Артем впервые танцевал с Дианой, а это очень большая ответственность. Вишнева — балерина экстра класса, и Джульетта — одна из лучших, если не лучшая, из её партий. В результате многолетней шлифовки роли Диана отработала в ней каждый нюанс: ни единого лишнего жеста, каждое движение преподносится так, чтобы выразить с его помощью максимум повествовательного смысла. В первом акте, в сцене, где сеньора Капулетти напоминает 13-летней дочери, что та уже взрослая и вечером ей предстоит встреча с женихом, Джульетта Вишневой кажется совсем еще девочкой, но, выслушав мать, она подходит к зеркалу, чуть заметно касается руками своей груди и тут же смущается, — всё это Диана проделывает с восхитительным мастерством. В другой сцене, в которой Ромео только что покинул спальню, эта Джульетта всеми мыслями пребывает с ним, она почти неспособна реагировать на вошедших родителей, и не сразу понимает, чего от неё хотят — всё это так и должно быть, но в исполнении Вишневой переживания влюбленной девушки раскрыты настолько бережно и в то же время настолько ярко, что я совершенно позабыл о том, что нахожусь в театре.


Диана Вишнёва (Джульетта) и Артем Овчаренко (Ромео). Фото © Ирина Туминене

В партнерстве с Ромео Овчаренко, Джульетта в исполнении Вишневой представляется более зрелой в личностном плане, как то и положено девочкам-подросткам, если сравнивать их со сверстниками. Артём создает образ мечтательного юноши, никак не прожженного бабника, досадующего на жестокую Розалинду, — очередную свою пассию. Похоже, он взял что-то от Ромео из фильма Дзеффирелли, отчасти напоминает Ромео-поэта Дамиана Сарга из нашумевшего мюзикла. Этот Ромео влюблен впервые, его пылкость не знает сомнений, не скована неудачами прошлого, не отягощена рефлексиями. Джульетта же меняется из акта в акт: Диана придает своему образу быстрое развитие в совсем не детскую умудренность и задумчивость, оттененную предчувствием обреченности. Она проходит путь от наивной девочки до непреклонной женщины, и такое прочтение придает особый трагизм во взаимодействии с романтичным Ромео Артема, к которому осознание фатума приходит только в склепе Джульетты.


Диана Вишнёва (Джульетта) и Артем Овчаренко (Ромео). Фото: слева © Николай Круссер, справа © Наташа Разина/Мариинский театр.

Прекрасно отработаны довольно сложные поддержки. С невероятной непринужденностью восседает Джультта на плече бегущего Ромео. Хорошо выполнена высокая поддержка на одной руке (у профессионалов она называется «стульчик»), которую мало кто уже делает. Совершенно безусильно проносится «распятая» Джульетта на вытянутых руках Ромео по лестнице к своему смертному одру. Оба изумительны технически и в дуэтах, и порознь: кажется, что Ромео буквально окрылен любовью, настолько полётны его жете ан турнан и перекидные; бисерные па-де-бурре и идеальные полуарабески Джульетты лишены аффектации и максимально красноречиво раскрывают переживания и сомнения героини. Не пощадил себя Артем и в знаменитом лавровском падении умирающего Ромео — упал навзничь, всем телом на ступеньки, да так гулко, что зал вскрикнул.


Артем Овчаренко (Ромео) в стремительных жете по кругу (слева) и в перекидном жете (справа). Фото © Николай Круссер

Отдельно хочу отметить блестящую игру Юрия Смекалова. Его Тибальт — не просто задира, он прорисован такими неприглядными красками — в прямом и переносном смыслах — что зритель не питает ни малейшего сочувствия к этому персонажу. Юрий сумел уйти от самого себя и не побоялся придать своему герою черты законченного подлеца.

Совершенно противоположный образ рисует Александр Сергеев в своем Меркуцио. Очевидно, этот юноша всеми любим, он не просто остроумен, он умен, а таких всегда ненавидят мужланы типа Тибальда. Даже внешне этот Меркуцио утончен: и по телосложению, и по своему строгому черному костюму с белым воротничком и красным беретто — всё в противотон к петушиному наряду и всклокоченному рыжему коку волос Тибальда. Впрочем, надо отдать должное Петру Вильямсу — все костюмы по его эскизам словно сошли с картин эпохи Ренессанса: платье Джульетты напоминает одеяние Венеры с боттичеллиевской "Весны", костюмы мужчин относят нас к полотнам Лукаса Кранаха Старшего и фрескам Андреа Мантеньи. Разве что ультрамариновый колет Ромео не от мира сего...

Очень понравилась работа Владимира Пономарева (сеньор Капулетти), Контантина Зверева (Парис) и Лиры Хусламовой (Кормилица). Григорий Попов (Шут) тоже старался не на шутку.

Публика аплодировала с энтузиазмом, многие стоя, вызывали раз шесть. Из театра я выходил с ощущением, что посмотрел один из лучших балетных спектаклей последних лет.

Comments 
31-май-2016 09:27 am
Никто не совершенен ;)
This page was loaded авг 21 2018, 9:56 pm GMT.